Невротическая экскориация - компульсивные действия, сопровождающиеся самоповреждениями кожи, которым нередко предшествуют ощущения кожного дискомфорта. Стремление к повторному расчёсыванию приводит к образованию на коже свежих экскориаций (расчёсов), постепенно регрессирующих с образованием поверхностных или более глубоких рубчиков. В отличие от проявлений патомимии, при невротических экскориациях больные не только осознают патологический характер своих действий, но и рассматривают их в качестве причины повреждений.
Я не знаю, что со мной.
В пятом классе я заметила, что на моих руках и лице появились высыпания, как это обычно бывает у подростков. Мама подарила мне кучу уходовых средств в ярких флаконах, но самым лучшим способом справиться с несовершенствами для меня было ковыряние собственной кожи. Мне было приятно давить, сцарапывать неровности, доводить всё до "идеала", я чувствовала себя победителем после проделанной работы.
Природа наградила меня хорошей кожей, так что пубертатное акне закончилось очень скоро, и больше никаких высыпаний у меня никогда не было. А привычка осталась. С тех пор я начала сдирать здоровую кожу, делать себе царапины, чтобы потом расчёсывать их, пока не образуется шрам. Шрамов у меня много, особенно на спине и руках. Я не могла спокойно делать домашние задания в средней школе, поэтому придумала надевать на руки зимние перчатки, пока пишу что-то в тетради, чтобы не увлечься расчёсыванием. Я выбросила своё карманное зеркало, прятать подальше не помогало. В какой-то момент я начала сильно расчёсывать голову и шею, это заметила дерматолог на медосмотре перед поездкой в лагерь и сильно меня за это наругала
- Вот зачем ты это делаешь?
А я... а я и не знала, зачем я это делаю.
В старшей школе мне было бесконечно одиноко и невыносимо тревожно. Я училась в сильном профильном лицее, где проводила бОльшую часть дня. По возвращении домой вечером меня ждал один и тот же ритуал - сесть за стол, включить лампу и 40 минут рассматривать свои руки, сковыривая любые неровности (и ровности тоже...). Это приносило невероятное облегчение, лёгкий дофамин позволял почувствовать себя спокойно хотя бы на пару минут, после чего следовала мгновенная карма в виде чувства стыда, вины, самоненависти.
Это ощущалось как транс, как наркотик, как наслаждение от процесса, чувство контроля. В особо плохие дни я могла не останавливаться часами, постоянно возвращаясь к зеркалу, и приходила в себя только когда видела достаточно крови.
Я знаю, что со мной, но не знаю, что с этим делать.
Всё это время я пыталась понять, что со мной не так. Я ненавидела своё тело, особенно когда смотрела на девушек с идеально гладкой кожей в моём окружении и в интернете. Помню, что лет в 14 наткнулась на ютубе на видео с названием "Дерматилломания" от какого-то психолога и узнала себя. Кажется, там было что-то про компульсии, триггеры, кпт, стыд, вину... О да, чувство вины было со мной каждый день.
Это знание несильно мне помогало, но я продолжала искать способы справиться с этим. Мне было некому рассказать о своей привычке, было стыдно и страшно, даже летом я была в длинных рукавах и штанах. Коротко стригла ногти, заменяла ковыряния антистресс-игрушками, подменяла другими ритуалами, заматывала руки и ноги бинтами, пыталась сдерживать себя силой воли (а за этим, как известно, всегда следует сильнейший срыв). В какой-то момент решила почитать подробнее про кпт, какие практики и методы есть, что-то пробовала на себе, но надолго меня не хватало.
В 2025 году на приёме у психиатра я упомянула свою проблему и получила официальный диагноз ✨экскориационное расстройство✨ вдобавок к ОКР. Тогда я нашла в себе силы рассказать об этом некоторым друзьям, получив в ответ поддержку и принятие. Это стало облегчением - больше не нужно скрывать и бояться. Кстати говоря, со временем лицо перестало быть основной мишенью для увечий и даже удалось вылечить кожу, но другие части тела из-за этого стали страдать в два раза больше. В период сильной депрессии мне было так всё равно на последствия, что пару раз я неосознанно расцарапывала родинки (к счастью, ни к чему плохому это не привело, но могло бы).
Мне так больше не хочется.
Недавно решила посчитать, сколько на моём теле шрамов и рубцов, но это просто бессмысленно. Антидепрессанты помогают мне избегать тревожных приступов ковыряния, и сейчас я делаю это только из-за привычки, скуки, когда сильно задумываюсь о чём-то или когда хочется чем-то занять руки. Видимых ран стало в разы меньше, расстраивают только следы от повреждений, которые будут ещё очень-очень долго заживать. Я абсолютно точно стала осознаннее, вылезла из депрессии, научилась распознавать свои эмоции, но справиться с дерматилломанией мне всё ещё не удаётся. Друзья заставляют идти на психотерапию, как только выйду на работу и появятся средства, и, думаю, я так и сделаю.
Сейчас мне 21. За несколько лет проб и ошибок я точно поняла, чего делать не надо, а ещё - что со мной всё в порядке. И если вы страдаете от чего-то похожего - с вами тоже всё в порядке.
