Начинаю выкладывать роман по главам — по одной в день. Это история одной недели, когда радио начало передавать мне приветы. Основано на реальных событиях, имена и места изменены.
— Антон из Приуральска, привет тебе от новых друзей! Классно вчера повеселились!
Я не слушал радио. Радио просто работало — как холодильник, как кулер в системном блоке. Бодрый диджей, попса, реклама окон. Я рисовал структуру сайта для нового заказчика и был где-то между «Каталогом» и «Доставкой», когда мозг сам выдернул из шума моё имя.
Антон из Приуральска. Ну да. Сколько нас таких в Приуральске — пара тысяч?
Я вернулся к «Доставке». Голова ещё гудела после вчерашнего. Вчера — это отдельная история, и я не был уверен, что знаю её целиком. Утром первым делом полез в исходящие: последний звонок Вере в 21:39, этот разговор помню, дальше тишина. Ночных звонков нет — уже хорошо. Дальше обрывки: закрытый магазин у дома, круглосуточный «бар» за три квартала (хозяин поставил в углу столик и с гордостью назвал это баром — вот она, изобретательность русского предпринимателя), пакет пива, парень у входа. О чём-то мы говорили. О внедорожнике на парковке, потом о деньгах, потом о работе. Потом лавочка. Потом ничего.
Нормально. Бывало.
— Антон из Приуральска, твой сайт от тебя не убежит! Удели время друзьям!
Я снял руку с мышки.
Да, я Антон. Да, из Приуральска. И да, черт возьми, я прямо сейчас делаю сайт.
Я прибавил громкость. Сидел и слушал, как ведущие обсуждают наряды звёзд из инстаграма, и перебирал в голове всех, кто мог знать, чем я занят. Жена. Заказчик. Пара приятелей в телеграме. Однокурсник, который когда-то вроде бы работал на радио — мы не общались лет десять. Вчерашний парень? Я ему что-то рассказывал про работу. Может быть, даже много.
Час ничего не происходило. Я уже почти успокоился и открыл техзадание для программиста, когда диджей сказал:
— Антон из Приуральска, твоя жизнь скоро изменится. Будь готов к покорению новых вершин!
В детстве я гонял по кругу одну песню «Дискотеки Аварии» — ту, где по радио передают привет от знакомого. Мне страшно хотелось, чтобы однажды так передали мне. Прошло двадцать лет, и мне передали. Три раза за день.
Вечером я не выключал радио до часа ночи. Больше ничего не было. Я лёг и долго смотрел в потолок. «Русское Радио» вещает на всю страну и на СНГ. В студию приходят сотни сообщений. Какова вероятность, что три из них прочитают в один день и все три подойдут мне? Я не знал. Но знал, что она маленькая.
Решил считать это приятным совпадением. Решил твёрдо, но уснул только под утро.
* * *
С Костей мы встречались в кафе при представительстве его компании. Костя был сетевиком — вежливым, начитанным, с флипчартом в гостиной и реальными цифрами дохода, которые он не стеснялся показывать. Мы с Верой познакомились с ним и его женой Ирой несколько месяцев назад, когда Верина подруга затащила нас на «бизнес-встречу». Когда на экране появился логотип, я хотел уйти, Вера сказала «неудобно». Потом были общие дети, общие выходные, а однажды флипчарт. Вера зарегистрировалась — ей нравилась косметика. Я — нет. Я вынашивал план.
План был хорош. Закрытый клуб внутри сети: соцсети, свой интернет-сервис, прогрев, точка продажи. Я придумал его за три ночи и за три ночи почти не спал, потому что идея была слишком хороша, чтобы спать.
В кафе было людно: за столиками сидели такие же сетевики, кто-то обзванивал клиентов, кто-то скучал. Я чертил Косте схемы и говорил вполголоса — идею легко украсть, а конкуренты сидели в двух метрах.
За соседним столом сидел мужчина лет сорока. Ноутбук, планшет, телефон. Я заметил: чем тише говорю я, тем неподвижнее сидит он. Потом увидел в его руке маленький чёрный прибор, похожий на диктофон. Он поднёс его к губам и что-то сказал.
Я извинился перед Костей и ушёл в туалет. Мужчина встал следом.
Я закрылся в кабинке, досчитал до ста и вышел. Сел на лавочку у двери — посмотреть, какое у него будет лицо. И тут заметил вторую: из-за угла коридора выглядывала женщина. Выглянет, посмотрит на меня, спрячется. Снова выглянет. Я не путаю, она смотрела именно на меня.
Мужчина вышел из туалета и замер. Он явно не ожидал меня там увидеть. Я достал телефон и сфотографировал сначала его, потом её. Демонстративно, на вытянутой руке. Оба ушли так быстро, что я не успел навести фокус второй раз.
Когда я вернулся, Костя как раз заканчивал голосовое кому-то из своей команды. «Все здесь так делают, — сказал он, заметив мой взгляд. — Печатать некогда». Я кивнул. Мы доделали первый этап схемы.
* * *
На крыльце торгового центра я закурил и понял, что в голове пусто. Не тишина, а пустота, как после удара. Вспомнил: сегодня прилетел Стас. Стас из Краснодара, мой клиент, почти друг: у него интернет-магазин, у меня руки, которые этот магазин держат на плаву. Созвонились, он будет через полчаса.
Я воткнул наушники. Не знаю, почему включил именно радио. Врать себе не буду: знаю.
Две песни. Потом:
— Антон, наконец-то ты нас увидел!
Сигарета упала на ступеньку.
— Антон, оглянись по сторонам. Мы рядом.
Я оглянулся. Люди шли мимо с пакетами. Мужчина в тёмных очках гулял по террасе и время от времени прикладывал палец к уху — как охранник в голливудском кино. На ступеньках разговаривали двое. Один из них поймал мой взгляд, улыбнулся и кивнул в сторону девятиэтажки через дорогу.
Я не сразу понял. Потом поднял глаза на крышу.
Там стоял человек.
Я не помню, как вошёл обратно в здание. Помню, что охранник на входе посмотрел на меня, как смотрят на тех, кто сейчас что-нибудь украдёт. Помню своё лицо в тёмном стекле витрины — белое, чужое. Позвонил Стас: он с другой стороны, на парковке. Я вытер ладони о джинсы и решил, что Стасу ничего не скажу. Стас тут ни при чём.
* * *
Стасу надо было заехать к родителям. Я остался во дворе на лавочке у его машины. Там, в тишине, вернулось чувство, что на меня смотрят. Я огляделся.
По двору шёл старик в пальто не по погоде — то, что называют «бывший интеллигентный человек»: хороший когда-то шарф, плохие ботинки. Он сел на детские качели за моей спиной. Сидеть к нему спиной было невыносимо, и я развернулся.
— Кого ждёшь? — спросил он.
— Друга.
— Значит, у нас есть несколько минут. — Он качнулся. — А ты не обычный.
— Спасибо. Вы, видимо, тоже, раз решили со мной заговорить.
— У меня дело. Племянницу у меня убили. — Он достал из внутреннего кармана сложенный вчетверо бланк. — Вот свидетельство. На, почитай.
Брать не хотелось. Тем более свидетельство о смерти.
— А что с ней случилось?
— Накачали и убили. Теперь надо уладить.
— А почему вы рассказываете это мне?
— Я многих знаю, — сказал старик. — Наши люди и на Советской, двенадцать, и на Гагарина, и на Пушкина.
На Советской, двенадцать — главк МВД. На Пушкина — ФСБ.
— Вижу, вопросов у тебя много, — продолжил он. — Приходи завтра в соседний двор, Садовая, двадцать шесть. Первый подъезд, окно справа от двери. Постучи и спроси: «Баба Зина цветы продаёт?» Потом садись на лавочку и жди. Выйду я. Только молодой и бритый. Тогда всё и расскажу.
Из подъезда вышел Стас, и лицо у него было такое, будто он застал меня за чем-то неприличным. Старик встал, подошёл ко мне вплотную и зашептал:
— Ты куда едешь-то? Аккуратней. Видишь, что с племянницей моей сделали. Подсыплют — и будь здоров.
Я молчал.
— Не боись. Под присмотром будешь. Езжай.
И громко, уже Стасу:
— Милок, дай мелочи! Честно, не на водку, вот те крест.
Стас дал ему пятьдесят рублей. Старик перекрестился и пошёл через двор, не оглядываясь, ровно и быстро, как человек, который точно знает, куда идёт.
Магазин «Красное&Белое» был в соседнем доме.
Продолжение — завтра. Глава 2: «Бухара».
